«Обучение музыкально-одаренных детей»

I

В разное время интерес к исследованию музыкальной одаренности то

отступал,

то

возникал

снова.

Так,

Борис

Теплов

определял

музыкальную

одаренность как «сочетание способностей, от которых зависит возможность

достижения

большего

или

меньшего

успеха

в

выполнении

той

или

иной

деятельности». Д. Кирнарская называет несколько составляющих: виртуозную

одаренность,

артистическую

одаренность,

способность

исполнителя

к

импровизации. В настоящее время при вузах даже существуют творческие

лаборатории, исследующие это явление. Содержание термина «одаренный» для

обозначения детей с развитыми способностями принадлежит американскому

психологу

Г.

Уипплу.

Современное

понимание

одаренности

заключается

в

доминирующей познавательной и творческой активности, в ярко выраженной

креативности при решении проблем и повышенной мотивации на достижение

высокого результата.

Признаками одаренности в раннем детстве принято считать неуемное

любопытство

ребенка,

его

бесконечные

вопросы,

большой

запас

слов,

способность к концентрации внимания на интересующем его деле и упорство в

достижении

результата,

хорошую

память,

богатую

фантазию,

доброту,

открытость, острую реакцию на несправедливость.

В

более

старшем

возрасте

признаками

одаренности

считаются:

пот ребно сть

в

коллекционировании,

хорошее

чувство

юм о р а ,

сформированность

навыков

логического

мышления,

оригинальность

ассоциативного

мышления,

способность

к

планированию

предстоящей

деятельности,

самостоятельность,

гибкость,

общительность,

энергичность,

настойчивость, предпочтение сложных заданий, независимость в суждениях.

Выдающиеся музыкальные способности обнаруживаются, как правило, до семи

лет. Подавляющее большинство таких детей в возрасте 6-8 лет уже обратили на себя

общественное внимание. Так, Г.Ф. Караян начал учиться игре на фортепиано с трёх лет,

а с пяти начал выступать на публичных концертах. И. Минухин начал выступать с

семи лет, а к 11 годам уже достиг мировой славы. Биографическая статистика

свидетельствует

о

том,

что

музыкально

одарённые дети

характеризуются

некоторыми

общими

чертами. С самого раннего возраста они отличаются

повышенным любопытством в отношении любых звучащих объектов, незнакомых

тембров. В 2-3 года они хорошо различают все мелодии, которые слышат, часто уже к

двум годам точно интонируют (некоторые дети петь начинают раньше, чем говорить)

и выучиваются писать ноты раньше, чем буквы. Узнав название нот, интервалов,

аккордов,

быстро

их

запоминают;

рано

и свободно читают с листа, притом

воспроизведение

нотного

текста

сразу

отличается

осмысленностью

и

выразительностью, естественной, привитой взрослыми, нюансировкой в исполнении.

Так же рано они определяются в своих музыкальных предпочтениях. Яркая музыкальная

одарённость у детей не обязательно связана с абсолютным слухом, хотя среди

музыкально одарённых детей обладателей абсолютного слуха больше, чем среди

«просто способных». Однако во всех случаях у одарённого ребёнка вырабатывается

индивидуализированное, тонкое и дифференцированное восприятие музыкального

тона.

Одарённые дети способны с необычайной интенсивностью концентрироваться

на музыкальных занятиях, исключая все другие, в том числе и общение с

окружающими. Кажется, что они слышат и чувствуют в музыке нечто такое, чего не

могут выразить словами и испытать каким-либо иным способом. И с этим,

возможно, связана их сильная потребность в музыке и музыкальных занятиях.

Музыкально одарённые дети рано выделяются очень быстрым и прочным запо-

минанием музыки. В зрелом возрасте их память часто называют феноменальной. У них

рано проявляется способность подбирать на инструменте по слуху (обычно без какого-

либо специального обучения). К четырём годам такие ребятишки зачастую играют по

слуху сразу двумя руками, то есть с гармонизацией. Для всех музыкально одарённых

детей в возрасте около пяти лет характерно стремление производить на инструменте

всё

слышимое. Некоторые из этих характеристик свидетельствуют о том, что

музыкально одарённые дети в своём развитии опережают сверстников, по крайней

мере, на 2-4 года. Другие, наоборот, фактически характерны (во всяком случае «по

внешней

форме»)

для сверстников с хорошими музыкальными данными, но

существенно различаются «по качеству» (например, потребность фантазировать на

инструменте). Исследователи отмечают, что к 9-10 годам одарённые дети (в отличие от

других детей) начинают остро чувствовать различие между прекрасным и приятным,

их эстетическое чувство рано обретает художественную зрелость, определяющую

дальнейшее развитие музыкального дарования. Примерно к этому же возрасту они

отдают

себе

отчёт

в

недостатках

или негативных

сторонах

собственного

дарования. Важно то, что музыкальные проявления одарённых самопроизвольны и

практически никак не связаны со специальным обучением в отличие от их

сверстников, для которых обучение выступает, своего рода, толчком и условием для

раскрытия музыкальных способностей.

Биографы и исследователи часто отмечают, что музыкально одарённые дети

обладают хорошими общими способностями: сравнительно рано они выучиваются

читать, обладают хорошей памятью, сообразительностью. По внешней картине

поведения эти дети живые, любознательные, открытые. Они скорее соответствуют

своему возрасту или кажутся младше, нежели обгоняют его. Причём это относится

не

только

к

малышам. Так, биограф, характеризуя дневники 16-летнего А.К.

Глазунова, замечает: записи свидетельствуют о напряжённой планомерной работе

сознательного музыканта, но одновременно обнаруживают совершенно детскую

психологию. При всей личностно-психологической индивидуальности музыкально

одарённых детей, среди них можно заметить некоторые характерологические типы,

встречающиеся чаще других. Музыкально одарённые мальчики чаще обладают

некоторыми чертами, которые принято считать типично «девичьими»: тонкой

чувствительностью и рефлективностью, мечтательностью, наивностью, сильной

эмоциональной зависимостью от матери (отца, педагога). Музыкально одарённые

девочки, напротив, чаще обладают чертами «мальчишескими»: они независимы,

упрямы, честолюбивы, более склонны к самоутверждению, могут разбрасываться.

Учитель замечательной русской пианистки А. Есиповой сказал о ней: «В этой девочке

сидит сатана. Если удастся дисциплинировать её натуру, она может стать великой

артисткой».

Одарённый ребёнок рано и зачастую остро начинает чувствовать, что он не та-

кой, как другие дети, что его жизнь имеет слишком много ограничений в силу

ранней профессионализации обучения и даже просто из-за особенностей самой

музыкальной деятельности: необходимо беречь руки, голос. Иногда это становится

причиной страданий, ощущения одиночества и изолированности от сверстников.

И всё же у детей с ранним и ярким развитием способностей можно наблюдать

неразрывную связь одарённости и личности. Вероятно, это одна из причин того, что на

основе детской одарённости невозможно прогнозировать соответствующее будущее

ребёнка. В мемуарной литературе можно найти множество свидетельств о том, что

одарённые дети отличаются сильным тяготением, потребностью, поглощённостью

занятиями музыкой: исполнением, слушанием, сочинением, размышлением о ней. В

то же время - столь же часто упоминают о далеко не невинных шалостях, обманах,

связанных со стремлением избежать трудных, систематических занятий, тем или иным

образом освободиться от них. Когда Д. Ойстраху было 3,5 года, отец подарил ему

игрушечную

скрипочку,

играя

на

которой

Давид воображал себя уличным

музыкантом – профессия, широко распространённая в Одессе, где жили Ойстрахи. Но,

начав

систематические

занятия,

одарённый

мальчик

отнюдь

не

отличался

прилежанием: чтобы избежать занятий, он подрезал струны скрипки или волос

на смычке. Вероятно, эти мотивы весьма индивидуальны и зависят от окружения,

традиций воспитания (семейного и профессионального), от склонности взрослых

фиксировать на них внимание. С другой стороны, биографические данные позволяют

осторожно предположить наличие определённой связи между мотивацией занятий

музыкой и типом эмоциональности ребёнка. Спокойные, эмоционально сдержанные

дети при блестящих музыкальных способностях иногда могут быть достаточно

равнодушными и к музыке, и к музыкальным занятиям. Интерес к ним появляется

позже, как правило, в подростковом возрасте или даже к его концу. Эмоционально

неуравновешенные, высоко реактивные дети, наоборот, могут характеризоваться

иногда своеобразной «звуковой одержимостью» - ребёнка чрезвычайно возбуждают

сильные внутренние слуховые образы, которыми он не может управлять, и которые он

не может ещё выразить. Это заставляет тянуться к инструменту, побуждает к занятиям

музыкой.

II

Первая психологическая проблема, с которой сталкиваются музыкально

одарённые дети – своего рода парадокс. С одной стороны, им приходится много

заниматься на инструменте, гораздо больше, чем их менее одарённым сверстникам. С

другой стороны, многое (если не всё) им даётся легче, чем сверстникам, многое

выходит как бы само собой. Соотношение между результатом и затраченным трудом

складывается у них не в пользу труда, несмотря на факт многочасовых занятий. Не

возникает

переживания трудности,

с

которой

надо

справиться,

внутреннего

препятствия, которое необходимо преодолеть. С этим, по–видимому, связано и другое

достаточно парадоксальное обстоятельство. Среди музыкально одарённых детей и

подростков

часто

встречаются классические лентяи, не знающие, что такое

настоящий труд, именно потому, что слишком многое им даётся без труда.

Лёгкость овладения, высокая обучаемость заменяют работоспособность как

способность ставить цели, видеть препятствия, переживать трудности, иначе говоря, -

способность выходить за пределы своих возможностей. Поэтому одарённые люди

чаще сталкиваются с «кризисом лёгкости» в подростковые и юношеские годы. К тому

же «вундеркиндские» лёгкость и блеск в более старшем возрасте нередко превращаются

в поверхностное исполнение, в мишуру, что накладывает отпечаток на

всю

последующую творческую жизнь. При той невероятной обучаемости, которой

отличаются одаренные дети, именно характер и процесс обучения таят в себе

потенциальные проблемы и опасности. Первая из них заключается в выборе

оптимальной

учебной

нагрузки

с

тем,

чтобы

возможности

таких

детей

не

игнорировались, но и не эксплуатировались (столь же опасно, как чрезмерные ожидания

и притязания родителей, так и искусственные торможения в развитии из страха

вырастить «вундеркинда»).

Успешность и уровень достижений одарённого ребёнка часто превышают все

ожидания взрослых, кажутся невероятными. Обучение и воспитание приобретают

узкую профессионально-целевую направленность. И это, к сожалению, имеет свою

логику. Ранняя профессионализация обучения – фактически единственный путь к

сольному исполнительству. Преподаватели стремятся максимально раскрыть и

развить все потенциальные возможности ребёнка в данной области, не замечая, как от

интенсивного обучения

переходят

к

«натаскиванию».

Происходит

резкое

ограничение развития; узконаправленная и чрезмерно интенсивное обучение подавляет

обучаемость. В результате – заурядность как перспектива личностного облика и

музыкальных возможностей.

Ещё одна важная проблема обучения музыкально одарённых детей коренится в

объективном разрыве между их «хронологическим» и «профессиональным» возрастом.

Маленький музыкант постоянно работает над труднейшими произведениями, которые

намного выше его – не технических и даже не художественных – а личностно-

психологических, духовных возможностей. Отсюда блистательное подражательство,

одарённое имитаторство часто оказывается единственным выходом из скрытого

тупика. Но то, что может быть малозаметным и даже вызывать восхищение

публики в восьмилетнем ребёнке, в исполнительстве подростка уже бросается в глаза и

разочаровывает. Ведь от подростковой одарённости мы подсознательно требуем яркого

проявления музыкальной индивидуальности. В таких случаях оценка бывает

безжалостной: «Эта одарённость дыхания рано обнаружилась и рано иссякла».

III

Преподаватели музыкальных школ в своей практике слово «одаренность»

используют, по большей части, для обозначения некоего комплекса природных

и

сопутствующих

данных,

достаточного

для

дальнейшего

развития

юного

музыканта. При упоминании об одаренном ребенке чаще всего представляется

ученик

10-12

лет,

который

ярко

и

зрело

(с

пониманием

и

собственным

отношением)

играет

произведения

из

взрослого

репертуара.

Применяя

к

ученику

понятие

«одаренный»,

как

правило,

оценивают

уже

полученные

результаты или определенные достижения. Период же начального обучения,

самые первые шаги юного дарования чаще всего остаются «за кадром». А

между тем, именно начальный период обучения вызывает повышенный интерес

преподавателей, так как является основополагающим для дальнейшего развития

дарования

ребенка.

И.

Гофман

считал

начало

обучения

«делом

огромной

важности» и сравнивал этот процесс с закладкой фундамента перед постройкой

дома. Он писал: «Фундамент – эта та часть дома, которая требует максимальной

крепости и прочности».

Даже

самые

тщательные

проверки

природных

задатков

и

испытания

игровых

возможностей

вряд

ли

смогут

сразу

достоверно

выявить

степень

одаренности будущего ученика. Более точно это можно сделать, лишь вплотную

приступив к занятиям на инструменте. К тому же, необходимо помнить, что

одаренность ребенка может иметь различные формы: может быть общей или

более узкой, может быть проявлена уже на первых стадиях обучения, а может

выявиться позже. Советская музыкальная школа широко известна во всем мире.

Ее

заслугой,

в

немалой

мере,

считалось

создание

стройной

системы,

разработанной для обучения игре на музыкальном инструменте. В частности, в

середине прошлого века было издано большое количество учебно-методической

литературы,

на

которой

выросло

не

одно

поколение

юных

музыкантов.

Отличительной

чертой

всех

этих

пособий

является

наличие

в

них

так

называемого

донотного

периода

обучения

(первые

уроки

предполагалось

посвящать развитию музыкального слуха и формированию навыков восприятия

музыки).

Последнее

десятилетие

отмечено

появлением

новых

авторских

методик. С целью организации учебно-творческой работы в новых условиях и

для скорейшего и более точного выявления и развития природных данных

автором

Ириной

Корольковой

был

разработан

учебный

курс

«Раннее

музыкально-эстетическое развитие детей с обучением игре на фортепиано», в

который вошли сборники «Крохе-музыканту», «Первые шаги юного пианиста»,

«Я буду пианистом». Работа по любому из сборников этой серии не только

позволяет

обучать

ребенка

игре

на

фортепиано,

но

и

помогает

детям

накапливать слуховые представления, эмоционально развивает их, стимулирует

творческие

задатки,

учитывая

при

этом

возрастные

особенности

и

анатомическое строение детской руки.

Учебно-методическое

пособие

«Крохе-музыканту»

состоит

из

двух

частей, в которых последовательно изложен материал, касающийся освоения

нотной

грамоты.

Одной

из

отличительных

особенностей

этого

сборника

является наличие партии учителя. Дети любят коллективное музицирование,

поэтому игра в ансамбле доставляет им истинное удовольствие. С помощью

аккомпанемента

уже

первые

песенки

позволяют

ребенку

ощутить

себя

настоящим

музыкантом.

Не смотря

на

минимальное

кол и ч е с т во

исполнительских

средств,

задействованных

в

партии

ученика,

он

может

почувствовать

характер

исполняемой

музыки,

ощущая

гармоническую

поддержку. Для закрепления материала предлагается ученику задание: сыграть

выученную

пенку

от

другого

звука.

Таким

образом,

помимо

приобретения

исполнительских

навыков,

ученик

знакомится

с

понятиями

«выше-ниже»,

«вверх-вниз». Вместе с учеником можно пофантазировать и представить себя на

месте героя сначала маленького и худенького мальчика, а потом большого и

неповоротливого

–

в

зависимости

от

образа

ученик

исполняет

песенку

соответствующим звуком. Все эти задания очень напоминают игру, поэтому не

вызывают у ребенка особых сложностей.

В сборнике «Первые шаги маленького пианиста» каждая нота первой

октавы

представлена

собственной

песенкой.

Для

лучшего

запоминания

и

зрительного восприятия к каждой песенке прилагается картинка.

Учебное пособие «Я буду пианистом» для удобства разбито на четыре

части, предполагает соответствие каждой части учебной четверти. Каждая часть

организована по принципу рабочей тетради: нотный материал в ней совмещен с

заданиями, направленными на закрепление только что изученного. Учитывая

психологические особенности возраста учеников, помимо игры на инструменте

предлагается использовать на уроке и другие виды деятельности – письмо и

рисование, что повышает интерес, а вместе с ним и работоспособность ученика.

При правильном использовании эти сборники могут послужить не только

своеобразным «тестером» природных данных ученика, но и отличной базой для

работы

с

одаренным

ребенком.

При

подобных

занятиях

у

него

не

только

формируются двигательные навыки и накапливаются слуховые представления,

но и в большинстве случаев вырабатывается потребность к музицированию,

которая

так

необходима

в

работе

со

способным

учеником.

Именно

эта

потребность

является

одним

из

определяющих

факторов

его

последующих

успехов.