Престиж массовой литературы в наше время крайне низок,

так как, по мнению литературоведов,

произведения подобной

направленности не представляют какой-либо художественной и

исторической ценности. В то же время, в современной литературе

уже достаточно трудно провести границу между "массовой" и

"элитарной", поскольку во многих произведениях, считающихся

беллетристикой,

достаточно

детально

и

объективно

рассматриваются

те

или

иные

общественные

явления.

Стиль

изложения в таких произведениях также приближен к "серьезной"

литературе:

обилие

и

оригинальность

тропов,

разнообразные

стилистические приемы, риторические фигуры.

Массовая

литература

стереотипна,

стандартна,

правдоподобна, однако правдивое изображение жизни не является

ее целью. Она создает привлекательные мифы, утешает и по

производимому

эффекту

порой

может

конкурировать

с

наркотическими снадобьями.

Во второй половине 20 века массовая литература достигает

поистине

колоссального

размаха.

Удовлетворяя

эстетические

запросы

значительной

части

населения,

эта

литература

со

временем

стала

характерным

признаком

современной

цивилизации.

Она

переросла

в

разветвленную

индустрию,

интенсивно

использующую

новейшие

технические

открытия:

информационную

технологию

в

средствах

массовой

коммуникации,

спутниковые

системы

связи,

компьютеризированные банки данных.

Специфической чертой 20 века было распространение,

в

основном

благодаря

развивающимся

средствам

массовой

коммуникации, массовой литературы.

В 20 веке на литературные жанры оказало особенно сильное

влияние

обособление

массовой

литературы

от

литературы,

ориентированной на художественный поиск. Массовая литература

заново ощутила острую нужду в четких жанровых предписаниях,

значительно повышающих для читателя предсказуемость текста,

позволяющих легко в нем сориентироваться. Разумеется, прежние

жанры для массовой литературы не годились, и она довольно

быстро сформировала новую систему, в основу которой лег весьма

пластичный и накопивший немало разнообразного опыта жанр

романа. На исходе 19 века и в первой половине 20-го оформляются

такие

жанры

как

детектив

и

полицейский

роман,

научная

фантастика и дамский («розовый») роман, хоррор и саспенс.

Изучая различные источники, освещающие литературу США

второй

половины

20

в . ,

можно

придти

к

заключению,

что

практически

все

критики

одинаково

оценивают

последствия

Второй мировой войны для Америки, сходясь в том, что эта война

стала

для

страны

не

потрясением

во

всех

сферах

жизни

(экономической, социальной, политической, культурной), как это

было

с

Европой,

а

своеобразной

«стартовой

площадкой»

экономического

подъема.

Америка

вышла

из

войны

не

истощенной, а разбогатевшей, монопольно владеющей оружием

невиданной разрушительной силы, что позволило ей совершить

мощный экономический рывок, притязая на мировое господство.

Но благополучие американцев никак не способствовало их

духовному росту, напротив, оно порождало равнодушие ко всему,

что

не

было

связано

с

прибылью,

им

стали

не

интересны

философские проблемы, столь живо волновавшие «кризисное»

общество

30-х

годов.

С

наступлением

периода

президентства

Гарри Трумена резко изменился внутриполитический климат в

стране: создание Комиссии по расследованию антиамериканской

деятельности

означало

повсеместное

наступление

реакции:

преследование

«инакомыслящих»

писателей,

политических

деятелей и т.д. Естественно, начавшаяся «охота на ведьм» не

могла не сказаться на литературе США. 50-е годы называют

«испуганным»,

«молчаливым»

десятилетием

–

«замолчал»

Э.

Хемингуэй, отошел от резкой постановки социальных проблем

Дж.

Стейнбек,

среди

писателей

вновь

наметилась

тенденция

покидать

Америку,

делая

выбор

в

пользу

Европы,

в

стране

воцарился дух конформизма и приспособленчества.

Именно

благодаря

вышеупомянутым

факторам

получила

стимул

для

развития

массовая

литература,

направленная

на

«среднего

потребителя».

По

определению

Н.П.

Кубаревой,

«массовая беллетристика, как и массовая культура в целом, - это

способ

существования

высокоразвитого

общества,

в

котором

делают ставку на формирование «среднего» человека, лишенного

индивидуальных

вкусов,

склонностей,

языка,

образа

жизни,

который легко усваивает готовые культурные стандарты». Средний

американец

50-х

гг.

представлял

собой

семейного

человека,

который имел за плечами несколько лет учебы в колледже или

университете и нашел свое «место под солнцем», благодаря доходу

от которого мог позволить себе отправить своих двоих детей в

колледж. Он уверен в том, что именно Америка победила в войне,

а лишние размышления на эту тему не принесут ему ничего

хорошего, он свято верит в правоту своей всесильной страны. На

досуге ему гораздо приятнее почитать детективный роман, в

котором бесстрашный герой, современный «рыцарь без страха и

упрека» спасает белокурую красавицу, раскидывая врагов направо

и

налево.

Популярность

подобных

произведений

заключалась,

вероятно, в том, что среднестатистический читатель находил в

этом герое реализацию своих тайных желаний и надежд – на

победу и успех.

К концу 50-х гг. на литературную сцену выходит новое

поколение американских писателей, осознающих и неприемлющих

бездуховность

и

конформизм

отцов.

Если

писателям

школы

«горячей крови» - от Джека Лондона до Эрнеста Хемингуэя - была

свойственна ясность и внятность интонации, то, начиная с 50-х гг.,

в американской прозе, поэзии и драматургии начали преобладать

ироничность,

беспокойство,

самобичевание,

застенчивость

и

чувствительность. Роман Дж. Сэлинджера «Над пропастью во ржи»

впервые заявил о неблагополучии в духовной жизни американцев и

назревавшем бунте молодых, которые в последующем и станут

поколением «битников». Они называли себя «бит-поколением»;

критика заговорила о «битом (или «разбитом») поколении», хотя

«апостол» битничества Джек Керуак, придумавший в 1952 году это

определение, вкладывал в него иной смысл: «Бит означает ритм,

пульсацию, а не разбитость».

К концу 60-х гг. движение битников потеряло свою остроту:

сказалось

не

только

давление

официальных

структур,

но,

в

известной мере, несостоятельность самого молодежного бунта. Со

спадом

негритянского

и

антивоенного

движения,

битнический

протест

утратил

свою

актуальность.

Движение

битников

постепенно переросло в субкульт хиппи, по каким-то причинам

более известный миру, хотя в творческом плане битничество было

гораздо более продуктивным.

Знаковым произведением для поколения 60-х гг., эпохи, когда

битники выросли в «хиппи», стал роман «Американская мечта»

(1965), главный персонаж которого - Стивен Роджек - герой

войны, однокашник президента Кеннеди, сделавший блестящую

карьеру, - стал известным психологом и популярным ведущим на

телевидении.

Но

что-то

не

клеится

в

судьбе

Стивена,

за

поверхностным успехом все более четко проступает личная драма.

Стивен убежден в том, что жизнь не удалась. Не приносит радости

супружеская жизнь, поскольку его жена страстно любит деньги и

превращает все вокруг себя в свою собственность. Лейтмотив

«Американской

мечты»

-

духовное

паломничество

героя,

стремление проникнуть в самые укромные уголки подсознания.

Для

этого

герой

погружается

на

самое

дно

Нью-Йорка.

Но

вхождение героя в заповедный мир инстинктов приводит к распаду

личности.

Таким

образом,

мы

снова

видим

неприятие

устоявшейся

модели реальности без каких-либо конструктивных предложений

по

ее

изменению.

Новый

период

был

отмечен

усилением

консервативных,

а

порой

и

реакционных

тенденций

в

жизни

американского общества.

По мере приближения середины 70-х гг. и двухсотлетия США

все бóльшее число американских романистов обращалось к теме

исторической роли и современных судеб Америки. Все более

ощутимым становилось стремление писателей охватить широкие

временные пласты, склонность к философским обобщениям и

эпичности.

Однако ожидание на дальнейшее развитие наметившихся в

конце 70-х - начале 80-х гг. тенденций в литературе США вряд ли

можно

считать

осуществленным.

Создается

впечатление,

что

серьезная реалистическая проза себя исчерпала. Свидетельством

ослабления

реализма

в

современной

американской

литературе

является тот факт, что ведущим направлением в духовной жизни

стал

постмодернизм.

Он

существует

как

отражение

новой

действительности конца 20 в. и распространяется на все сферы

культуры.

В 50-60-х гг. термин «постмодернизм» начинает все чаще

появляться на страницах литературоведческих журналов.

Некоторые

исследователи

связывают

постмодернизм

с

неоавангардом

и

контркультурой,

определяя

его

скорее

как

действие,

нежели

стиль.

Они

подчеркивают

процесс

трансформации

модернизма

в

«масскульт»,

который

и

акцентируют как характерное свойство постмодернизма.

80-90-е гг. 20-го века также стали новым этапом в развитии

фантастического

жанра,

в

становлении

жанра

«фэнтези»,

в

котором

наметилось

стремление

к

"очеловечиванию",

гуманитаризации фантастического мира. Расцвет жанра «фэнтези»

тесно связан с укоренением в американской культуре конца 20 в.

неомифологии,

которая,

в

свою

очередь,

явилась

следствием

наметившегося в обществе ухода от реальной жизни.

К жанру «фэнтези» тесно примыкает литература «кошмаров и

ужасов»,

которая

благодаря

творчеству

С.

Кинга,

В.

Блэтти,

Ф.

Вильсона,

Л.

Камерона

и

многих

других

авторов

заняла

ведущее место на рынке книжной продукции.

Жанр американского готического романа, получивший свое

развитие благодаря творчеству Чарльза Брауна, за два столетия

превратился

в

средство

воссоздания

национального

мифа

и

истории, которая не поддалась особому воздействию извне. В

некотором

смысле

литературная

«готика»

стала

знаком

европейского присутствия в Америке. Американский готический

роман, заявлял Ч. Браун, вряд ли будет нуждаться в европейских

замках и феодальных манерах. И действительно, он мог быть

основан

на

американском

материале,

на

«приключениях,

вырастающих на почве нашей собственной страны». Или, как

сказал предшественник Ч. Брауна Эдгар По, «готика и ужас

американской

литературы

будут

связаны

не

с

присутствием

внешнего злодейства, но с душой».